Подготовка трассы «Гжатский тракт-2008»

Записки пассажира КУНГа

Мимо малосольных огурцов

Был конец апреля. Стартовали ночью, чтобы не стоять в пробках по дороге на Калугу и дальше по М-101. Ехали, меняясь в кабине с Гришей, потому что в КУНГе в одиночку скучно и холодновато. Разделили километров по 40 и развлекали Андрюху за рулем, каждый в своем стиле. Медынь, которая запомнилась в прошлом году умопомрачительными малосольными огурцами с рынка, проехали глубокой ночью. Как выяснилось на обратном пути, «ловить» на рынке кроме импортного набора магазина «Пятерочка» в это время года было еще нечего. Видимо, бабули распродают весь урожай еще осенью.

Никогда не пейте пиво в КУНГе на ходу

Чуть позже, уже свернув с М-101 в сторону Износок, стало понятно, что коротание времени в КУНГе с банкой пива - большая технологическая ошибка. Дело в том, что телефон в таких местах не ловит, КУНГ отделен от кабины и достучаться без рации невозможно, а рации никто и не думал расчехлять на этом перегоне. В общем, ситуация сложилась крайне напряженная. Но, как известно, когда выхода нет, приходят совершенно неожиданные решения – спас карманный фонарик на светодиодах. Посветив фонариком из окна КУНГа на деревья левой обочины чуть впереди кабины, удалось привлечь внимание сидевших в кабине (Да меня сильно удивили голубые всполохи в лесу. Сначала я подумал что это инопланетяне. А.). Ситуация была исправлена, и на этом приключения на сегодня закончились. Недалеко от села Савино остановились на ночевку на берегу речки. Рюмка текилы, глоток горячего кофе с молоком из термоса и долгожданный сон в спальнике оставили самые приятные впечатления. Утро выдалось морозным, но, несмотря на это, в воздухе уже чувствовалась весна… Светило яркое солнце. Настроение, которое поднималось с каждым километром, отделявшим нас от Москвы, стало еще лучше.

Горит через шестьдесят лет

Потом была опушка леса, на которой разбили лагерь. Таких опушек я давно не встречал. За первыми деревьями сплошные окопы - почти сразу нашли артиллерийскую гильзу, в которой сохранился порох (им потом было очень удобно растапливать костер: хотя прошло больше 60 лет, горел он прекрасно). Пока собирали дрова, попался ржавый пулеметный ствол. Часто встречались свежие ямки, которые копают охотники за трофеями, бродя по лесам. Чуть позже в деревне Савино увидели места захоронений, над ними - обелиск с именами людей и их фотографиями. Во время последней войны здесь шли ожесточенные бои, и местные жители рассказывали, что до сих пор тракторы (во время полевых работ) обнажают останки. Мы и сами видели это, когда на следующий день поехали «прописать» километровый участок трассы на 10 минут, а вернулись спустя шесть часов. Но об этом позже.

 

Странное дупло

Когда путешествуешь на ГАЗ-66, можно развернуть лагерь без особых усилий в считанные минуты. Самыми сложными операциями были: установка антенны и выкат мотоцикла. Но и это не заняло много времени. После скорого завтрака кое-какими домашними припасами и вкуснейшим чаем, сваренным на костре, компания разделилась. Андрей на мотоцикле уехал «писать» одни участки, Гриша пешком другие. Я остался в лагере на связи и по кухне. Изучая опушку, наткнулся на странное дупло в березе – дырку диаметром в пять сантиметров правильной формы. Было ощущение, что сделали её очень давно. Потом удалось выяснить, что это - патрон от крупнокалиберного пулемета, он так и остался в дереве и проржавел там, образовав дупло.

Это не наш мотор

Оставшись один, я пытался представить себе, что могли чувствовать люди, воевавшие здесь в 41-ом. То же поле перед окопами, то же небо, то же солнце, тишина. Прошелся с камерой по окопам: под ногами шуршит прошлогодняя листва. Лег на бруствер, представил, как на поле разворачиваются танки для атаки. Могли они тут атаковать, мы как раз стояли на опушке, а справа, метрах в 100, дорога. Она и тогда тут была, и на старых дореволюционных картах ее видно. Дорогу прокладывали крестьяне из ближайших деревень. Они сделали высокую насыпь, откопали дренажные каналы, с тех пор и стоит дорога. Потом я осмотрел опушку леса слева от дороги, там окопы еще внушительней. Так что жаркие могли быть бои…  А сейчас тишина и покой - весна - все только начинает жить. Переговариваются птицы в лесу. Одного скворца долго снимал на камеру, ему было интересно, что происходит в нашем лагере, и он крутился минут двадцать, прыгая с ветки на ветку в надежде, что перепадет что-нибудь вкусненькое. И когда я уже решил, что он заработал гонорар, неожиданно снялся и улетел. Вдруг послышался звук мотора (мне показалось, метрах в 300 от лагеря), и это не был мотоцикл Андрея…

Четверо в «копейке», не считая «копейку»

Если выехать из леса по дороге, то «шишигу» (ГАЗ-66), сливающуюся с весенним пейзажем на опушке, можно и не заметить. Для того чтобы её увидеть, надо повернуть голову немного назад и налево. Водитель и пассажиры - четверо крепких бритоголовых людей (рассмотрел  в бинокль) - этой «кибитки» (по-другому сложно назвать ржавую «копейку», громыхающую на каждой кочке) были увлечены дорогой, и ни на что другое внимания не обращали. Первая реакция была удивление, - еще утром мы месили на ГАЗу эту дорогу и не могу сказать, что мы проехали легко. Потом я вспомнил, что звук останавливался, когда машина была еще за деревьями. Видимо, они выходили из нее и просто выносили на руках, а потом опять садились и ехали сколько могли. Когда «копейка» скрылись за поворотом, в сторону реки, стало неуютно от мысли, что на обратном пути они увидят лагерь, а Андрей с Гришей еще не вернуться с реконгосценировки.

 

Пополнение прибыло

Ждать пришлось недолго: вскоре появился Андрей.

Он был очень уставшим.

Рассказывал, что приходилось преодолевать броды по пояс на мотоцикле, а один раз он чуть серьезно не перевернулся.

С Гришей проще - пешком по этим лесам ходить легче. Всех волновал один и тот же вопрос: пройдут ли по «детской» трассе неподготовленные машины или придется сокращать маршрут за счет сложных участков? Если бы мы тогда представляли себе, во что все эти речки и броды превратятся в день проведения рейда, думаю, что посмеялись бы над нашими рассуждениями. В этот момент из леса выскочила синяя «Нива», и, не заметив нас, рванула по полю. В ней ехали наши друзья Рамиль и Марсель и гусь, про которого мы пока ничего не знали. Сразу замечу: эта «Нива» сыграет с нами злую шутку, но об этом – позже,  так как гусь требует отдельной «главы».

Гусь, водка и звезды

Рамиль готовил гуся в темноте, уже после того, как они с братом под водочку уговорили оставшийся шашлык, правда, не без нашей помощи. Гусь варился в котелке и по виду больше напоминал кулеш… Однако результат превзошел все наши ожидания: сказать что было вкусно – ничего не сказать. Лично я вкуснее гуся не ел. Рецепт не выдаю сознательно, потому что такое блюдо просто не повторить. Что стало залогом успеха – то ли бабушка Рамиля, которая заботилась о гусе и кормила его кукурузой, то ли искусство повара, то ли просто свежий весенний воздух – неведомо. Думаю, и то, и другое, и третье плюс хорошая компания. Разговоры продолжались до глубокой ночи - говорено и выпито было немало. И, как всегда, никто сейчас не вспомнит, о чем так долго спорили и вспоминали весенней ночью у костра где-то между Юхновым и Калугой Да это и не так важно.

Мы на 15 минут…

Наступило первое мая. Не скажу, что утро было бодрым одинаково для всех, но раскачались довольно быстро, хотя никто никуда не спешил. Андрей попросил Гришу съездить недалеко от лагеря и «прописать» километровый отрезок трассы. Тем более что «Нива» была его, ребята просто на ней приехали, но, по их словам, накануне пришлось довольно серьезно повозиться с машиной, чтобы чувствовать себя на ней уверенно в дороге. Однако проблема со стартером решена не была, «Ниву» пришлось заводить с «толкача». Погрузили сенд-треки, проверили рацию, и, недолго думая, поехали -  ну что там, 15 минут прокатиться до соседней деревни и обратно. Отправились втроем - Гриша, Марсель и я - поснимать на камеру окрестности. Андрей уехал на мотоцикле, радистом в лагере остался Рамиль. Пасторальную картину майского утра ничто не омрачало.

Дымы на горизонте

Поначалу разговоры были все больше о природе. На броде остановились и я поснимал непуганую пичужку, которая ходила по берегу, потом в ивняке мелькнул заяц уже в летней шубе. Марсель рассказал, что вчера они видели косуль, а Гриша добавил, что в этих местах водятся и медведи. Однако первыми, кто нам повстречался, были вовсе не медведи и не косули, а странная пара - мужчина и женщина. Они сидели на земле, а вид у них был какой-то помятый. В общем, странная пара… Вокруг леса, отвалы лесопилки, которая была похожа на руины после бомбардировки, а до ближайшей деревни километра три. Мы заметили, что на горизонте за лесом поднимался большой серый дым, что-то горело.  Как стало ясно чуть позже, нам надо было именно туда.

Лейтенанту было двадцать лет…

Сначала мы заехали в деревню Захарово - никого, развернулись и поехали на дым. По дороге нам встретился обелиск, его покрасили два-три дня назад. Обелиск большой: пирамида выложена белым кирпичом, огромные звезды и надписи на вершине ярко-малинового цвета. За оградой крест, его еще не успели вкопать, на нем фотография бойца - лейтенанту было 20… И живые цветы, и ярчайшее синее небо над нами, и тишина. Потом местные жители рассказывали нам, что по всему району ежегодно хоронят сотни найденных бойцов, а братские могилы разбросаны везде. Когда кончится эта война? Мы не думаем об этом пока варимся в своих делах, а люди, которые ищут и находят, наверное, какие-то особые, наверное, они лучше нас…

Три человека и «Нива» в поле

Постояли, помолчали, поехали дальше - через молодые березняки, речушку, через поля. На пашне белели кости, а у дороге стояла гильза от «сорокопятки». Поднялись на холм, дальше начался непролазный кустарник высотой в два метра. Судя по карте, где-то рядом протекала река, мы пробивались к ней. Стало дымно. Оказалось, горела сухая трава. Пока мы ехали, было спокойно, безопасно. А на поле машина забуксовала и заглохла - оно оказалось болотистым и горело. Несмотря на то, что мы стояли на невыжженной части, и огонь был метрах в пятидесяти, дышать стало трудно. Попробовали вытолкнуть «Ниву»  –увязли еще глубже, «сенд-треки» и «хай-джек» тоже не помогли. Да и могут ли три человека разогнать на болотистом поле машину? Пока толкали, изменился ветер, и огонь пошел на нас, метрах в трехстах занялась березовая роща, падали обгорелые сучья. Я пошел тушить саперной лопаткой траву, чтобы отвоевать хотя бы островок вокруг машины. Долго этим не позанимаешься – дым, пепел, глаза слезятся, нечем дышать, менялись с Марселем, но как-то без особого энтузиазма. Справились. Покопались в движке - бесполезно, скорее всего, стартер. Связь с базой почему-то отсутствовала, Андрей не откликался, телефоны не работали. Решили: я иду в деревню и ищу трактор, Гриша и Марсель пытаются завести двигатель и выехать, в случае удачи договорились встретиться у обелиска. Поездка на 15 минут явно затягивалась…

Эсэсовцы стояли в этом доме. Там был штаб

До деревни идти пару километров - деревня небольшая – всего 10 домов. Мне повезло: на околице стояло сразу два трактора, но людей не было видно. Выбрал двор, где бегали куры, стучусь в окно – никого, в дверь – никого, открываю – из темноты угрожающее тихое рычание. Вышел, осторожно пятясь во двор, осматриваюсь… Слышу, что открывается дверь. На пороге - дедок в кальсонах, весь замотанный в какие-то платки, давно небритый. Я поздоровался, дед плохо слышал, мы начали разговаривать с задержкой: когда я задавал следующий вопрос, старик отвечал мне на предыдущий. Но скоро я привык, и смог выяснить, что «Валера в поле – пашет на другом тракторе, что трактор на улице свояка, но он празднует в соседней деревне, что во время войны домов в деревне было раз в пять больше, а вон в том доме стоял СС», и дедок помнит, как они тут шуровали. Потом старик добавил, что местных почти не осталось, а «всё уже купили москвичи». Тут я услышал звук приближающегося трактора, заторопился и начал прощаться.

 

Недопривод

Валера оказался крепким невысоким мужичком лет 40, он быстро понял проблему и согласился помочь. По дороге рассказал, что к нему часто обращаются за помощью такие, как мы. Но что такое «часто» в его понимании – раз в год или в месяц - выяснить так и не удалось. В выходной день он работал, потому что надо было ловить солнечные дни без дождей. Денег нет, работы нет – пашут для своих огородов, на солярке экономят, поэтому у трактора отключают передний мост, и он превращается из 4х4 в недопривод. Поговорили про охоту. Дичи в этих местах много, местные охотятся, когда есть время. Валера рассказал, что в прошлом году появлялись медведи и были случаи, когда люди с ними сталкивались. Ехать в кабине «Белоруса» вдвоем тесно и очень шумно, поэтому беседу вели перекрикиваясь. За разговорами доехали до «Нивы».

Задом наперед

Ребята стояли около машины, а на земле лежал разобранный стартер. Внутренности его просто сгнили и рассыпались. Подцепили «Ниву» и стали тащить, но чем дальше в поле, тем сильнее проваливался сам трактор, в итоге он забуксовал. Мы стали свидетелями необычного зрелища: «Белорус» пытается на заднем приводе выскочить из грязи. Сначала мы не поняли, что делает Валера. Он пробивался, сколько мог, буксовал и откатывался назад, потом снова бросался в атаку. В итоге он проделал колею длиной в пять метров и глубиной выше колена, и, разогнавшись, выпрыгнул на твердое место. Описав круг, он подцепил машину сзади, и так с позором задом наперед нас вытащили с этого несчастного поля на твердую землю.

«У вас разворот в пятом секторе…»

 

В лагере, куда мы добрались к обеду, сидел ничего не понимающий Рамиль, который пытался настроить связь. Он потерял и нас и Андрея. Он случайно покрутил «какие-то» ручки и сбил все настройки. Но случайно в попытках что то настроить в рации услышал переговоры пилотов на эшелоне, у них как раз там точка поворота. Потом появился Андрей, опять уставший, грязный и злой. Ругань стояла первостепенная. Ребята уехали после обеда, мы остались вдвоем с Андреем. А вечером, сидя у костра, наблюдали за пролетающими спутниками. Андрей с помощью программы в ноутбуке мог сказать, какой спутник и в каком направлении пролетит. Мы ждали их появления и, как правило, нам удавалось их увидеть. Рация была настроена на волну пилотов самолетов, делавших поворот в нашем секторе неба. Нас окружал мир, полный людей, и хотя стояла глубокая ночь, а на опушке леса погас костер, нам не было одиноко.

 

P.S. А потом был «Гжатский тракт 2008». После недели дождей «детские приключения» превратились в сложный рейд, об этом вы сможете почитать и посмотреть дальше.

Денис Хлыбов - пассажир КузоваУниверсальногоНазначенияГерметичного, режисёр, оператор, продюссер ролика о этой поездке